Поиск
  • Татьяна Корнеева

Сергей Ковальский: "Борьба за права творческого человека"

28 июня легендарная «Пушкинская – 10» отметит свое двадцатипятилетие.

Сергей Ковальский. Фото Татьяны Корнеевой (РА "Схема Снеллена"
По случаю четвертьвекового юбилея уже запланированы масштабные мероприятия, которые начнутся в самом арт-центре и продолжатся осенью в Русском музее и в атриуме Эрмитажа. Однако, этого мало: Сергей Ковальский - вице-президент, основатель и хранитель традиций «Пушкинской – 10» ставит перед собой цель - вписать имена русских художников в контекст мирового искусства.

Два с половиной десятилетия назад вами были созданы «Товарищество «Свободная культура», Арт-Цент «Пушкинская – 10». Как следствие - в стенах арт-центра впрошли тысячи выставок, концертов и конференций. Но был ли сделан вклад в сохранение культурного наследия страны?


Мы проделали серьезную работу, собирая, документируя и катологизируя искусство второй половины XX века. Такой коллекции произведений неформальных художников как у нас, нет нигде: ни в Русском музее, ни в Третьяковской галерее. Итогом этой работы стал выход уникального трехтомного издания.


Мало кто об этом знает, но художники «Пушкинской – 10» - это первое поколение творческих людей, у которых не было необходимости бежать за границу: опыт арт-центра дал понять - современным художникам есть место на Родине. Ну и, наконец, главное: «Товарищество «Свободная культура» - это единственное творческое объединение в мире, ответственность за работу которого несут сами художники: любые проблемы – от творческих до коммунальных лежат на наших плечах. Впервые с 1932 года, с момента подписания указа о создании единых союзов – Союза художников, Союза писателей и т.п. в России появилась творческая организация, независимая от власти.


Почему вы не хотите получить статус госучреждения? Благодаря этому вы могли бы получать деньги из городского или федерального бюджетов.


Мы признаны на федеральном уровне, но не являемся госучреждением. И это наша позиция: мы были и остаемся независимым государством в государстве. Еще в 1994 году, давая интервью BBC, мы с Сергеем Курехиным заявили о суверенитете «Пушкинской – 10» и ее выходе из состава России.

Но если бы «Пушкинскую – 10» еще в 1989 году не признала советская власть, врядли бы товарищество дожило до четвертьвекового юбилея?!


Во времена Горбачева до нас никому не было дело. Аварийный дом, вставший на расселение, мы заняли без боя. Взяли в руки фомки и пошли вскрывать квартиры. Те, в которых еще кто-то жил, не трогали, а остальные занимали под собственные мастерские. Таким образом мы осуществляли борьбу за права творческого человека. Я тогда только что вернулся из Америки, где подробно изучил специфику организации сквотских движений и коммун. Мне было ясно: нечто подобное надо организовать и в Ленинграде. Но как?


И вот однажды выпивая в сквере возле памятника Пушкину на улице, носящей его имя, мы с друзьями – Юлием Рыбаковым и Евгением Орловым увидели разваливающееся здание. Именно на него указывала рука Пушкина. А почему бы не организовать сквот в нем? – решили мы и пошли осваивать помещения.

Но поскольку очень скоро выяснилось, что на Пушкинской – 10 будут обитать не только художники, но и музыканты, пришлось строить еще и сцену. Ее мы соорудили из лесов, которые принесли с ближайших строек. Только что организованное пространство мы провозгласили ленинградским отделением Московского фонда имени Пушкина – как дань уважения поэту, указавшему перстом в нужную сторону. А год спустя до городских властей дошла информация о том, что аварийный дом на Пушкинской обитаем – и нам отключили отопление. Тогда мы решили осуществить массированную атаку на городское правительство и депутатов Ленсовета: в одно и то же время мы выставили пикеты возле Мариинского дворца, прошли группой протеста против произвола городских властей по Невскому проспекту, мне же пришлось прорываться на заседание депутатов Ленсовета. Как только микрофон освободился, я взошел на трибуну и рассказал о проблемах, с которыми столкнулись художники с Пушкинской улицы. Благодаря всему этому и поддержке Юлия Рыбакова, который в то время уже был депутатом Ленсовета, нам вернули отопление.


Как удалось справится с проблемами, связанными с аварийным состоянием дома? На вас не валилась штукатурка, под вами не проваливались ступени?



25-летие Пушкинской 10. Фото Татьяны Корнеевой

Вскладчину мы заказали исследование фундамента здания. И оно показало: еще немного, и дом рухнет. И вот тогда перед нами встал вопрос: бросать помещение или ремонтировать? Но нам повезло: в 1991 году Анатолий Собчак официально передал нам Пушкинскую – 10 со всеми ее дворами под создание культурного центра. Благодаря этому Михаил Маневич, бывший в ту пору председателем Комитета по управлению городским имуществом, нашел под нас инвестора. Согласно договору, заключенному с КУГИ, инвестор обязался после реставрации передать городу 30 процентов отреставрированных им помещений. А город, в свою очередь, отдал их нам. Но полученные от города площади – это еще не культурный центр, поскольку они не были приспособлены под мастерские, музейные площадки, галереи и сцены. И вот тогда мне пришлось осваивать специальность архитектора. И уже овладев профессией, делать эскиз-проект «Товарищества «Свободная культура».


Анатолий Собчак был единственным политиком, принявшим участие в становление арт-центра?


Мэр Юрий Яковлев также уделял нам внимание и даже помогал с организацией выставки в Смольном. И лично открывал ее. Кстати, Анатолий Собчак, прежде чем покинуть Петербург и уехать во Францию, зашел на Пушкинскую. Как ни странно, но в 1987-1994 годы во власти были люди, с которыми можно было говорить о культуре.

Это время максимальной художественной свободы. Еще Михаил Швыдкой как-то в неофициальном разговоре пригласил меня в министерство культуры, чтобы он в спокойной обстановке мог выслушать о проблемах товарищества. Он думал, что я не доеду до Москвы и не добьюсь встречи с министром. А я приехал и без всяких предварительных записей, минуя всех, зашел в его кабинет. Говорили долго, но бестолково, как показалось. Но одно мое появление в министерстве культуры стало сигналом для остальных чиновников: «Раз с Ковальским общается Швыдкой, значит Ковальского игнорировать нельзя!».


Когда годы борьбы за неофициальную ленинградскую культуры позади, какие вы ставите перед собой задачи?


Задача музея не просто собрать, но и проанализировать неофициальное искусство ленинградских художников второй половины двадцатого века. И как следствие - вписать его в контекст русского искусства. Уже потом добиться признания русского искусства на мировом уровне. К сожалению, пока о нас знают лишь по творчеству художников-авангардистов.


Сергей Ковальский. Пушкинская 10. Фото Татьяны Корнеевой (РА "Схема Снеллена")

Хотелось бы изменить ситуацию и с меценатством. Дмитрий Медведев, еще на посту президента, затронул вопрос о предоставлении ощутимых налоговых льгот для людей, жертвующих на искусство, однако, закон не работает до сих пор: жертвовать на искусство по-прежнему не выгодно. Художникам говорят: «Продавайте свои картины и тем самым зарабатываете себе на жизнь». При этом мало кто задумывается о том, что за семьдесят лет существования Советского Союза русских людей отучили вкладывать деньги в приобретение произведений искусства. Опыт оформления квартир графическими и живописными работами в России утерян. Как следствие – галерейный бизнес в стране убыточен. С момента развала СССР прошло 23 года, чтобы ситуацию переломить, должно пройти еще 47 лет. И моя задача, сделать все возможное, чтобы сократить этот срок хотя бы вдвое. Я отдаю себе отчет в том, что не доживу до этого времени, но я хочу найти или воспитать преемника, который впоследствии займет мое место в арт-центре. И продолжит борьбу за права творческого человека.


Досье «ЛЮДЕЙ РОССИИ»

Сергей Ковальский – художник, куратор и писатель. Родился в 1948 году в Ленинграде. Лауреат «Царскосельской премии». Один из организаторов Товарищества Экспериментального Изобразительного Искусства (ТЭИИ) и Арт-Центра «Пушкинская – 10». Создатель Музея Нонконформистского Искусства. Член Международной Ассоциации искусствоведов. Работы Сергея Ковальского находятся в коллекциях Государственного Русского музея, Музея истории Санкт-Петербурга и многих других.

0 комментариев

Недавние посты

Смотреть все